Звездный час  - Николай Эдельман

Лизу разбудил грохот, пронзивший могучее тело корабля со всеми его трюмами и переборками. В каюте было совсем светло, незашторенные иллюминаторы беспрепятственно пропускали призрачный утренний свет. К одному из них и подбежала Лиза, вскочив с мягкой флагманской кровати, но сквозь маленькое оконце она не смогла ничего увидеть, кроме беспорядочной пляски мелких волн, прибегавших со стороны терявшегося в дымке горизонта. Грохот повторился, отдавшись в стальном борту противной дрожью. Не желая оставаться в неведении, Лиза поскорее вылезла из ночной рубашки, натянула платье и поспешила наружу.

У самого выхода на палубу, где в распахнутую дверь несло морской сыростью, Лиза чуть не столкнулась с Юрой. Обрадовавшись, что видит человека, который может ее просветить, Лиза спросила:

– Юра, что про…

– Уши закройте! – крикнув, прервал ее тот и сам тут же выразительно прижал к ушам ладони.

Лиза едва успела последовать его примеру, как вдоль корабля прокатился оглушающий раскат. Юра, преодолевая послезалповую глухоту, закричал:

– Мы ведем огонь главным калибром! Уши затыкайте, а рот держите открытым!

В промежутке между залпами Лиза опасливо выбралась на палубу. Серый металл надстроек, еще хранивший ночной холод, был покрыт осклизлой влагой. Над морем висел туман, и крейсер прорывался сквозь его неровные клочья, оседавшие на мачтах и ограждении мостиков. Все три башни главного калибра – по три орудия в каждой – были развернуты на правый борт и методично плевались огнем и дымом, заставляя весь корабль содрогаться от киля до клотиков. На траверзе корабля, в разрывах между полосами тумана, смутно угадывался плоский берег. По каким целям ведет огонь крейсер, разглядеть было невозможно, однако не составляло труда опознать следы попаданий, отмеченные тянувшимися над берегом клубами жирного дыма, такого плотного, что он казался лезущей из котелка черной кашей.

Не отрывая ладоней от ушей, Лиза оглядывала доступную ее взору часть горизонта. По-видимому, крейсер шел вдоль вражеского берега в полном одиночестве. Она спросила:

– Мы же, кажется, вышли из Севастополя вместе с другим кораблем! Где он?

– Да, – ответил Юра, – это был лидер «Ташкент». Ночью у него возникли неполадки в машине, и он вернулся на базу. А наш командир решил выполнять задание в одиночку.

В его последних словах слышалась гордость за отцовскую отвагу – но Лиза в новом приступе тоскливого предчувствия задумалась: как бы поступил Барсов в том случае, если бы она не находилась на борту крейсера? И ожидание очередных неприятностей не замедлило оправдаться – над ее головой послышался свист, вызывающий острейшее желание втянуть голову в плечи. Чуть погодя поверхность моря между крейсером и берегом ощетинилась частоколом пенных столбов.

– Стреляют с берега! – встревожился Юра. – Берут в вилку! Надо уходить! – добавил он в тщетной надежде быть услышанным на мостике. – Ведь накроют следующим залпом!

Но в боевой рубке и без его подсказок знали свое дело. Где-то в глубинах крейсера механики по команде машинного телеграфа дали полный ход. Крейсер загудел турбинами, накренился, ложась на новый курс, и, взвихрив винтами мощный бурун за кормой, помчался прочь от берега.

– Смотрите, Юра! – Лиза испуганно указала на непроницаемую дымную тучу, закрывшую небо над крейсером. – Что это? Мы горим? Нас подбили?

– Ну что вы, Лиза! – важно ответил гардемарин, рядом с ней, вероятно, чувствуя себя старым морским волком. – Ставим дымовую завесу! Пусть теперь попробуют в нас попасть!

Пару раз крейсер огрызался залпами, отвечая на огонь береговых батарей, но, не желая вступать с ними в дуэль, уходил в море зигзагами.

Вскоре берег пропал из виду. Со всех сторон расстилалась морская синева. Туман испарился, над головой повисла выпуклая чаша небосвода. Крейсер мчался к ее недостижимой стене, рассекая волны, покорно ложившимися под острый форштевень, и по обе стороны от него вспухали пенные усы. В прозрачных струях, обтекавших борта крейсера, изредка мелькали, вынесенные наверх водными завихрениями, то случайная медуза, то упругое рыбье тело, и в мгновение ока они оставались далеко сзади. Лиза, поражаясь скорости хода, воскликнула:

– Как быстро мы плывем! Я и не думала, что эта махина может развить такую скорость!

– Полный ход «Славы» – тридцать шесть узлов! Это шестьдесят две версты в час! – похвастался Юра. – Быстрее нас на Черном море только лидер «Ташкент», он делает все сорок четыре узла!

– Это тот, у которого были неполадки в машинах? – уточнила Лиза.

– Ничего, он себя еще покажет! – ответил Юра, не замечая ее иронии.

Крейсер неожиданно изменил курс, резко ложась на борт. Солнце, прежде светившее в левую раковину, переместилось ближе к корме.

– Это противолодочный зигзаг! – объяснил Юра. – Вы только не пугайтесь, Лиза! – поспешил он успокоить подопечную. – Наверняка никаких подлодок в море нет, а мы меняем курс на всякий случай. Стандартная тактика!